Дьордь Будай — преподаватель русского и английского языков
Gyorgy Budai — Teacher of Russian and English languages
Нина Дмитриевна Афанасьева — к.пед.н., доцент, зав. кафедрой русского языка
Nina D. Afanasieva — PhD (Pedagogical Sciences), Associate Professor, Head of Department of Russian language
Интерес к российской истории, литературе, культуре, традициям и, следовательно, к русскому языку в Венгрии существовал всегда, но особенно усилился после 1849 г., когда в Пештском университете открыли Кафедру славянской филологии и студенты университета смогли начать изучение русского языка. Популяризации и распространению русского языка в Венгрии способствовали создаваемые учебники и учебные пособия по грамматике, страноведению, переводы известных классических художественных произведений русских писателей на венгерский язык. Понятным было стремление венгерских учащихся изучать немецкий или английский язык, но интерес к русскому языку в конце XIX — начале и середине ХХ века постепенно повышался, чему способствовали различные обстоятельства: первая мировая война, революция в России и поток эмигрантов, прибывших в европейские страны, в том числе в Венгрию, вторая мировая война. В 1949 г. во всех школах Венгрии русский язык стал единственным обязательным иностранным языком, программа обучения была рассчитана на 8 лет. Высшие учебные заведения открывали курсы русского языка и литературы, в педагогических институтах создавались кафедры русского языка, выпускавшие учителей для средних школ и гимназий. После 1989 г. в Венгрии, как и в других восточноевропейских странах, резко уменьшилось число обучающихся русскому языку, что было связано с геополитическими причинами. Современный этап распространения русского языка на территории Венгрии характеризуется позитивными изменениями: укрепление экономических отношений между странами, расширение культурных и образовательных связей постепенно приводит к увеличению внимания к русскому языку.
The paper is dedicated to outlining the main specific features of the spread and reception of Russian language in Hungary, with attention paid to the chronological perspective and the current situation. The text aims at revealing the factors, institutional and personal agents that fuel the interest to studying and teaching Russian in the atmosphere of Hungary. Russian history, culture, literature, traditions, and, consequently, the Russian language have always been of interest in Hungary. The Hungarian national culture developed in parallel with the rise of enthusiasm toward Russia — and in 1849 the Department of Slavic Philology was introduced at the University of Pest. Russian was popularized and spread in Hungary by textbooks and translations of famous oeuvres of Russian writers. The turn of the 19th century and the beginning of the 20th marked the growing interest of students to Russian, with the First World War, the October revolution in Russia and the subsequent Russian exodus intensifying mundane interactions. The Second World War, its outcomes and the split of Europe into two zones showed the clout that the Russian language acquired. In 1949, Russian became the only compulsory foreign language at school; Russian was introduced in higher educational institutions on a broader basis, including pedagogical institutes which were training Russian teachers for middle schools. After 1989, Hungary, like other Central and Eastern European countries, saw a sharp decline in the number of Russian language learners due to geopolitical reasons. The current stage of the spread of the Russian language in Hungary is characterized by positive changes: strengthening of economic relations between the countries, expansion of cultural and educational ties that is gradually leading to an increase in emphasis on the Russian language. In particular, it is owed to the liberalization of book industry and publishing of new Russian textbooks, digital promotion via Internet, construction of the Baksi nuclear power plant, and numerous exhibitions and festivals. What can be concluded is that cultural bonds connecting the Hungarians and the Russian language have a long path dependency relative to the post-1917 diaspora, the period of socialism and favourable relations with the USSR. Their effect is maintained by modern funds and associations. Economic ties that have foundation in both historical industrial cooperation and modern projects also foster attention to maintaining closer cultural interactions — and, thus, to studying Russian.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.