Кошемчук Татьяна Александровна — доктор филологических наук, профессор, профессор кафедры иностранных языков и культуры речи
198005, Санкт-Петербург, 5 Петербургское шоссе, дом 2. (Россия)
Tatjana A. Koshemchuk — Doctor of Philology, Professor, Professor of the Department of foreign languages and speech culture
5, b. 2., Peterburgskoe shosse, Saint Petersburg, Russia, 198005
Рейснер Марина Львовна — доктор филологических наук, профессор кафедры иранской филологии Института стран Азии и Африки
125009, Москва, ул. Моховая, дом 11, строение 1. (Россия)
Marina L. Reysner — Doctor of Philology, Professor, Professor of the Department of Iranian languages, Institute of Asian and African studies
11. Mokhovaya str., Moscow, Russia, 125009
В статье рассматривается программный для поэзии Парвин Этесами (1907–1941) образ дервиша, персонажа традиционной суфийской лирики и дидактики. В единственном сборнике поэта, вышедшем в художественном переводе на русском языке («Путешествие слезы», 1984), суфийские мотивы почти не явлены. На основе новых филологических переводов в статье анализируется духовный идеал поэта, её размышления о пути к Истине, которые она доверяет своему любимому герою — мудрецу, аскету, дервишу, проводнику в мир богопознания. Выявляются средневековые истоки образа дервиша у Парвин, его связь с персидской классической поэзией религиозно-дидактического направления, а также причины необычайной устойчивости мотивов, группирующихся вокруг образа дервиша. На примере стихотворений разных жанровых форм (маснави, моназере, касыда), в которых присутствует этот образ (или его субституты — мудрец-мистик, безумец, нищий), показана его концептуальная роль для Парвин Этесами. Образ дервиша, в двух своих ипостасях развёрнутый в персидской классике, предстает самобытным в её стихотворениях: доминантными являются черты дервиша-аскета, мистика, отстранённого от мира, при этом предельно чуждого человеку обыденного сознания и им презираемого. Дервиш предстаёт в поэтической проповеди Парвин как высшее проявление человеческой личности, носитель нравственных истин, понятных всем, и одновременно человек глубоких мистических прозрений; тем самым поэт вовлекает каждого читателя в непрекращающуюся жизнь многовековой религиозно-мистической традиции.
The article analyzes the image of a dervish, a character of traditional Sufi lyrics and didactics, that is a key image for poetry by Parvin Etesami (1907-1941). In the only collection of the poet published in literary translation in Russian (The Journey of the Tear, 1984), Sufi motives are almost not revealed. On the basis of new philological translations, the article analyzes the spiritual ideal of the poet, her reflections on the path to the Truth, which she trusts to her beloved hero – a sage, ascetic, dervish, a guide to the knowledge of God. The paper reveals the medieval origins of the image of the dervish of Parvin Etesami, its connection with the Persian classical poetry of the religious and didactic direction, as well as the reasons for the extraordinary stability of the motives grouped around the image of the dervish. On the example of poems of different genre forms (masnavi, monazere, kasida), in which this image is present (or its substitutes — a sage-mystic, a madman, a beggar), its conceptual role for Parvin Etesami is shown. The image of the dervish, in its two hypostases deployed in the Persian classics, appears original in her poems: the dominant features of the dervish are ascetic, mystic, detached from the world, at the same time extremely alien to the men of ordinary consciousness and despised by them. In Parvin's poetic sermon the dervish appears as the highest manifestation of human personality, the bearer of universal moral truths and at the same time deep mystical insights; thus, the poet engages every reader in the ongoing life of a centuries-old religious and mystical tradition.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.