Евгений Владимирович Романин — независимый исследователь
199034, Санкт-Петербург, ул. Шевченко, 25. (Россия)
Evghenii Romanin — Independent researcher
25, Shevchenko st., Saint Petersburg, Russia, 199034 (Russia)
В данной статье рассматривается восприятие «чужого» пространства в картине мира носителей английского и русского языка на материале пейоративных названий чужих стран и городов. Источником поиска материала для исследования послужили англоязычные и русскоязычные интернет-порталы как среда, особенно благоприятная для бытования и сбора языкового материала подобного рода вследствие эффекта «сетевого растормаживания». На основании анализа внутренней формы слова и стадиальной модели дихотомии «свой — чужой» с постепенным переходом от биологического к культурному, предложенной В.Г. Лысенко, предпринимается попытка вывести основные схемы, по которым строятся уничижительные топонимы, а затем — сравнить характеристики, которое получают «иные земли» в рамках англоязычного и русскоязычного ксенофобического дискурса, и по мере возможностей выстроить целостный образ концепта «чужого пространства» в английском и русском коллективном мировосприятии. В результате исследования в английском и в русском языках найдено большое количество отрицательно окрашенных топонимов. Они проявляют явно сходные черты и в формальных особенностях словообразования, и в семантике, однако фиксируются и некоторые специфические моменты, из чего можно вывести сходства и различия в английском и русском восприятии концепта «чужого пространства». В целом выявлено значительное сходство между английскими и русскими уничижительными именами мест: в обеих картинах мира иной топос предстаёт как уродливое, неприятное место, где живут люди (а иногда и не совсем люди), наделённые странными, аномальными, пищевыми привычками и противоестественными сексуальными предпочтениями, где пространство само по себе искажено и ущербно.
The article examines the perception of the foreign space in the English and Russian native speakers’ worldviews based on the pejorative names of foreign countries and cities. Englishlanguage and Russian-language Internet sites were used as the source of data for the research, since this environment is especially favorable for the existence and collection of language material of this kind due to the online disinhibition effect. Based on the analysis of the inner form of the word and the stadial model of the Us—Them dichotomy with a gradual transition from the biological to the cultural, proposed by V. G. Lysenko, an attempt is made to derive the main patterns of making derogatory toponyms, and then to compare the characteristics that foreign lands receive within the English and Russian xenophobic discourse, and, as far as possible, to build a holistic image of the concept of foreign space in the English and Russian collective worldview. As a result of the study, a large number of negatively marked toponyms were found in the English and Russian languages. They show clearly similar features both in the formal peculiarities of word formation and in semantics, however, some specificities are also found, which makes it possible to deduce similarities and differences in the English and Russian perception of the concept of foreign space. In general, a significant similarity between English and Russian pejorative names of places is revealed: in both worldviews, different topoi appear as an ugly, unpleasant place inhabited by people (and sometimes not quite people) demonstrating weird, abnormal eating habits and perverted sexual preferences, where the space itself is distorted and defective.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.