Игорь Евгеньевич Мищенко — кандидат педагогических наук, докторант
454091, Челябинск, ул. Орджоникидзе, 36-а. (Россия)
Igor E. Mishchenko — PhD in Pedagogy, doctoral student
36-a, st. Ordzhonikidze, Chelyabinsk, Russia, 454091 (Russia)
Статья посвящена анализу специфики обращения к тематике военной культуры таких наиболее влиятельных видов искусства XXI в., как литература и кинематограф. Военная культура определяется при этом как совокупность социокультурных ценностей, общественных практик и художественных произведений, связанных с реализацией функции защиты родной страны и существованием человека в особых условиях военного конфликта. Цель исследования — проследить динамику раскрытия проблем военной культуры в произведениях российской военной литературы и военного кинематографа в XXI в. Для достижения этой цели были реализованы следующие задачи: 1. Уточнено определение военной культуры; 2. Обосновано выделение художественной военной культуры как части более широкого определения; 3. Выделены характерные черты современной военной литературы, показаны проблемы, связанные с её жанрово-тематическим своеобразием и ролью в культуре; 4. Определены ведущие тенденции развития современного военного кинематографа в России; 5. Выявлено общее и различное в подходах к изображению военной культуры средствами литературы и кино. Новизна исследования заключается в подходе к рассмотрению военной культуры как широкого и многогранного явления, не ограниченного внутриармейской средой и включающего художественную военную культуру. В результате обосновано заключение о сравнительно более существенном проникновении в военный кинематограф не только жанрово-тематических приёмов, но ценностей и смыслов массовой культуры. Военная литература, как показывает данное исследование, на сегодняшний день менее подвержена их влиянию, что позволяет говорить не столько о консерватизме этого вида искусства, сколько о его большей устойчивости по отношению к тенденциям «опрощения». Возможно, это происходит за счёт большей опоры на оригинальное авторское видение — в противовес заданным стандартам кинопроизводства.
The article is devoted to the analysis of the specifics of turning to the subject of military culture of the most influential types of art of the 21st century, namely literature and cinema. Military culture herein is defined as a set of socio-cultural values, social practices and works of art related to the implementation of the function of protecting the motherland and the existence of a person in the specific conditions of a military conflict. The purpose of the study is to trace the dynamics of the disclosure of the problems of military culture in the works of Russian military literature and military cinema in the 21st century. To achieve this goal, the following tasks were achieved: 1) to clarify the definition of military culture; 2) to substantiate the identification of artistic military culture as part of a broader definition; 3) to highlight the characteristic features of modern military literature and to show the problems associated with its genre-thematic originality and role in culture; 4) to determine the leading trends in the development of modern military cinema in Russia; 5) to identify common and different approaches to depicting military culture by means of literature and cinema. The novelty of the study lies in the approach to the consideration of military culture as a broad and multifaceted phenomenon, not limited to the intra-army environment and including artistic military culture. As a result, it is concluded and substantiated that there is a relatively more significant penetration into military cinema not only of genre and thematic techniques, but also of the values and meanings of mass culture. Military literature, as this study shows, is less influenced by them today, which allows us to speak not so much about the conservatism of this art form, but rather its greater resistance to the simplification trends. Perhaps, this is due to greater reliance on the original author's vision — as opposed to the set standards of filmmaking.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.