Артем Александрович Кротов — доктор философских наук, профессор, заведующий кафедрой истории и теории мировой культуры
119991, г. Москва, ул. Ленинские горы, д.1. (Россия)
Artem A. Krotov — Doctor of Philosophy, Professor, Head of the Department of History and Theory of World Culture
1, Leninskie gory, Moscow, 119991 (Russia)
Предмет исследования — заочный спор российского философа с императором французов относительно смысла и направленности исторических событий. Актуальность определяется важностью проблемы прогресса для современного мира, необходимостью учёта всего комплекса прежних подходов к ней в нынешних условиях. Новизна определяется отсутствием работ, в которых было бы приведено сопоставление двух анализируемых подходов. В статье используются следующие методы: герменевтический, феноменологический, сравнительно-исторический. Политика Наполеона III характеризуется как в художественных произведениях Леонтьева, так и философско-публицистических. В романе «Одиссей Полихрониадес» Вторая империя во Франции предстаёт как лишённая духовного стержня механическая структура. В автобиографическом «Египетском голубе» император предстаёт в качестве узурпатора. В своей философской публицистике Леонтьев делает акцент на теории культурно-исторических типов. Франция Наполеона III в этом контексте выступает у него как иллюстрация периода вторичного смешения и упрощения в жизни цивилизаций. Но её история важна Леонтьеву и как своеобразная точка отсчёта в исторической системе координат, позволяющая сопоставить западный путь с судьбой России. Русский мыслитель всячески подчёркивал связь истории своей страны с Византийскими началами. Её будущее он видел в их сохранении и поддержке. Франция же, устремившаяся по дороге либерального эгалитаризма, рассматривалась Леонтьевым как государство, приходящее в упадок, которому свойственны разложение и утрата оригинальности, также как и религиозности, переход от сложности к более примитивной организации. Наполеон III, напротив, считал Францию авангардом цивилизации, а провозглашённый им «принцип национальностей» — единственной надёжной основой международной политики. Хотя Леонтьева и Наполеона III разделяют трактовки прогресса, понимание общего смысла истории, закономерностей цивилизационного развития, оба считали необходимым внесение консервативных элементов в общественную жизнь. При этом прогнозы философа в большей степени дают основание сравнивать с пророком его, нежели императора.
The subject of the study is the dispute between the Russian philosopher, K. Leontiev, and the French emperor, Napoleon III, regarding the meaning and orientation of historical events. The topicality of the study is determined by the importance of the problem of progress in the modern world and the need to take into account the entire range of previous approaches to it. The novelty is defined by the absence of works in which a comparison of the two analyzed approaches would be presented. The article uses the following methods: hermeneutic, phenomenological, and comparative historical. The policy of Napoleon III is characterized in the artistic works of Leontiev as well as in the works in philosophical and publicistic genres. In the novel Odysseus Polychroniades, the Second French Empire appears as a mechanical structure devoid of a spiritual core. In the autobiographical work Egyptian pigeon, the emperor appears as a usurper. In his philosophical and political writings, Leontiev focuses on the theory of cultural types. Napoleon III's France in this context serves as an illustration of the period of secondary mixing and simplification in the lives of civilizations. But its history is also important to Leontiev as a kind of reference point in the historical coordinate system, which allows us to compare the Western path with the fate of Russia. The Russian thinker strongly emphasized the connection between the history of his country and Byzantine principles. He saw its future in their preservation and support. Leontiev considered France, which rushed along the path of liberal egalitarianism, a decaying state characterized by decomposition and loss of originality and religiosity, as well as by the transition from complexity to a more primitive organization. Napoleon III, on the contrary, considered France the vanguard of civilization, and the principle of nationalities proclaimed by him was seen as the only reliable basis for international politics. Although Leontiev and Napoleon III do not have the same interpretations of progress, in their understanding of the general meaning of history and the laws of civilizational development both considered it necessary to introduce conservative elements into public life. The forecasts of the Russian philosopher regarding the future give more reason to name him (rather than the emperor) a prophet.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.