Традиция и модернизация буддизма в современной России: от этнической консолидации до постсекулярных вызовов

Актуальность исследования текущего состояния буддизма в России определяется тем местом, которое он занимает в ряду традиционных конфессий России.  Цель работы — выявить особенности сосуществования разных форм российского буддизма в аспекте соотношения традиции и модернизации. Для достижения этой цели потребовалось: 1) установить основные направления активизации социальной составляющей деятельности буддийских организаций; 2) систематизировать информацию о влиянии цифровых технологий на российский буддизм; 3) уточнить различия между понятиями «секулярный буддизм» и «буддийский модернизм»; 4) определить особенности развития соответствующих п. 3 феноменов на российском материале; 5) выделить специфические черты развития «городского буддизма». Материалами исследования послужили сайты буддийских организаций и центров России, опыт личного участия в проектах развития буддийского образования, исследования российских и зарубежных специалистов по вопросам развития буддизма. Работа опирается на феноменологический подход; использованы категориальный анализ, метод включённого наблюдения, дескриптивный метод и метод случайной выборки. В результате проведённого исследования конкретизированы данные о том, за счёт чего буддизм приобрёл в России сложный и многослойный характер, сочетающий векторы поддержания сложившихся форм соответствующих практик с импульсом модернизации. Выводы: 1. Динамика развития буддизма в России сочетает традиционный вектор этнической консолидации с решением национально-государственных задач. 2. Различные формы буддизма активно присутствуют в виртуальном мире, наблюдается процесс интеграции информационных технологий в религиозные практики и расширение влияния ценностей буддизма на общество. 3. Понятия «секулярный буддизм» и «буддийский модернизм» можно рассматривать как пересекающиеся феномены, в рамках которых происходит, с одной стороны адаптация и рационализация традиционного буддизма, с другой, стирание границ буддизма как религии и, по сути, отказ от буддийской метафизики. 4. Названные явления находят своё отражение в российской культуре (прежде всего, в создании организаций, ориентированных на развитие оздоровительных методик и на тесную связь с наукой и образованием). 5. В рамках городского социокультурного пространства сосуществуют традиционные для России буддийские организации и организации, институционально связанные с зарубежными буддийскими центрами. Вместе с тем, в городском пространстве широко представлены процессы модернизации и секуляризации буддизма. Таким образом, модернизацию буддизма в России, с одной стороны, можно рассматривать как изменение роли и функций традиционных для России буддийских организаций, отражающие их востребованность и развитие в современных социокультурных процессах; с другой, в рамках модернизации происходит также закрепление и распространение в России феноменов буддийского модернизма и секулярного буддизма, которые актуализируют внеконфессиональную адаптацию буддийского наследия к современным запросам личности и общества. Ряд форм подобной адаптации порождают вопросы о границах явления: где, к примеру, находится грань между современным восприятием буддизма и успешным маркетинговым ходом, использующим «буддийский бренд». Есть и более широкий вопрос: действительно ли перед нами формы современной адаптации к новым социокультурным реалиям — или имеет место эволюция буддизма как мировой религии в период постсекуляризма.

1. Абаева Л. Л. Этническая культура монгольских народов в контексте буддийских традиций и современной науки // Вестник Бурятского государственного университета. — 2011. — № 6. — С. 249–254.

2. Атанов Н. И., Цыренов Д. Д. Адаптация принципов буддийской экономики в республике Бурятия: первые итоги // Вестник Бурятского государственного университета. Экономика и менеджмент. — 2024. — № 2. — С. 3–9. https://doi.org/10.18101/2304-4446-2024-2-3-9

3. Аякова Ж. А. Секуляризация буддизма в контексте западной культуры // Буддологические исследования: религиоведческий альманах. Том 3. — Улан-Удэ: Бурятский научный центр Сибирского отделения РАН, 2020. — С. 83–94.

4. Бадмаев В. Н., Долгорсурэн Ж., Уланов М. С. Калмыцкий этнос: культурные традиции и цивилизационные вызовы. — Элиста: Калмыцкий государственный университет имени Б. Б. Городовикова, 2018. — 120 с.

5. Бадмацыренов Т., Родионов В. Буддийское возрождение и конструирование буддийского сообщества в современной Бурятии. Государство, религия, церковь в России и за рубежом. — 2020. — Т. 38, № 1. — С. 62–85. https://doi.org/10.22394/2073-7203-2020-38-1-62-85

6. Базаров Б. В., Ринчинов О. C., Базаров А. А. Цифровая трансформация письменного наследия тибетского буддизма: состояние и перспективы // Oriental Studies. — 2022. — Т. 15, № 4. — С. 740–750. https://doi.org/10.22162/2619-0990-2022-62-4-740-750

7. Бакаева Э. П. Буддизм в Калмыкии (вторая половина XX – начало XXI в.): Историко-этнографическое исследование. — Элиста: Калмыцкий научный центр РАН, 2022. — 384 с.

8. Бернюкевич Т. В. Рецепции буддизма в России и «русское азиофильство» конца XIX – начала XX в. // Государство, религия, церковь в России и за рубежом. — 2020. — Т. 38, № 1. — С. 37–61. https://doi.org/10.22394/2073-7203-2020-38-1-37-61

9. Бичелдей У. П. Буддийская традиция в Туве: некоторые вопросы истории, современное состояние и перспективы развития // Буддизм Ваджраяны в России: Актуальная история и социокультурная аналитика. — Санкт-Петербург: Алмазный путь, 2020. — С. 201–209.

10. Ванчикова Ц. П., Чимитдоржин Д. Г. История буддизма в Бурятии: 1945–2000 гг. — Улан-Удэ: БНЦ СО РАН, 2006. — 132 с.

11. Дондуков Б. Ц. Инициативы Центрального хурула, направленные на улучшение экологической ситуации в Республике Калмыкия // Кунсткамера. — 2022. — Т. 18, № 4. — С. 58–66. https://doi.org/10.31250/2618-8619-2022-4(18)-58-66

12. Дондуков Б. Ц., Дондукова Г. П. Буддизм в Интернете: возможности и препятствия // Новые исследования Тувы. — 2021. — № 2. — С. 145–155. https://www.doi.org/10.25178/nit.2021.2.12

13. Доржигушаева О. В., Дондуков Б. Ц. Влияние информационных технологий на развитие буддийских сообществ России // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия: Философия. Социология. Право. — 2016. — № 3. — С. 110–114.

14. Марзаева М. Б. Деятельность буддийских организаций Калмыкии по формированию ценностных ориентаций молодежи // Вестник Калмыцкого института гуманитарных исследований РАН. — 2012. — Т. 5, № 3. — С. 90–94.

15. Марзаева М. М. О роли буддийской конфессии в развитии современной калмыцкой культуры // Научная мысль Кавказа. — 2011. — № 1-2. — С. 126–130.

16. Островская Е. А., Бадмацыренов Т. Б. Российский традиционный буддизм в публичных медиасферах // Мониторинг общественного мнения: экономические и социальные перемены. — 2024b. — № 6. — С. 204–225. https://doi.org/10.14515/monitoring.2024.6.2680

17. Островская Е. А., Бадмацыренов Т. Б. Сетевые технологии как инструмент само-презентации малых религиозных групп (кейс новых для России направлений буддизма) // Вестник Института социологии. — 2024a. — Том 15. № 3. — С. 79–106. https://doi.org/10.19181/vis.2024.15.3.6

18. Религиозная ситуация в Республике Тыва (по результатам социологического исследования) / П. К. Дашковский, Е. А. Шершнева, У. П. Бичелдей, А. В. Монгуш // Новые исследования Тувы. —

19. — № 2. — С. 18–34. https://www.doi.org/10.25178/nit.2021.2.2

20. Тарбастаева И. С. Социальный институт буддизма в современной России: Бурятия, Калмыкия, Тува // Сибирский философский журнал. — 2019. — Т. 17, № 4. — С. 144–156. https://doi.org/10.25205/2541-7517-2019-17-4-144-156

21. Уланов М. С., Бадмаев В. Н. Феномен социально вовлеченного буддизма в современном мире // Новые исследования Тувы. — 2023. — № 3. — С. 138–150. https://doi.org/10.25178/nit.2023.3.9

22. Хомушку О. М. Религии в Туве: история и современность. — Новосибирск: Наука, 2024. — 176 с.

23. Цыремпилов Н., Гарри И. Буддизм в эпоху модерна: предисловие // Государство, религия, церковь в

24. России и за рубежом. — 2020. — Т. 38, № 1. — С. 7–12. https://doi.org/10.22394/2073-7203-2020-38-1-7-12

25. Эрендженова Ю. Ю. Целесообразность дискуссий ученых и буддистов в контексте поиска решений глобальных проблем // Век глобализации. — 2023. — № 4. — С. 116–127. https://doi.org/10.30884/vglob/2023.04.09

26. Эрендженова Ю. Ю., Бадмаев В. Н., Уланов М. С. Буддийская идея «упая–праджня» в контексте стратегии развития современного общества // Новые исследования Тувы. — 2025. — № 1. — С. 212–223. https://doi.org/10.25178/nit.2025.1.16

27. Barker J. McMindfulness: How Mindfulness Became the New Capitalist Spirituality, by Ronald E.

28. Purser // Journal of Global Buddhism. — 2021. — Vol. 22, No 1. — P. 251–257. https://doi.org/10.5281/ZENODO.4727641

29. Batchelor S. A Secular Buddhism // Journal of Global Buddhism. — 2012. — Vol. 13. — P. 87–107. https://doi.org/10.5281/zenodo.1306529

30. Lopez D. S. Buddhism and science: a guide for the perplexed. — Chicago: University of Chicago press, 2008. — xiii, 264 p.

31. McMahan D. L. Rethinking Meditation: Buddhist Meditative Practice in Ancient and Modern Worlds. — New York: Oxford University Press, 2023. — 246 p.

32. McMahan D. L. The Making of Buddhist Modernism. — Cary: Oxford University Press, 2008. — 320 p.

33. Murphy J. L. Review: Buddhist Modernism // Journal of Buddhist Ethics. — 2010. — Vol. 17. — P. 41–49.

34. Purser R. E. McMindfulness: how mindfulness became the new capitalist spirituality. — London: Repeater, 2019. — 296 p.